emdrone (emdrone) wrote,
emdrone
emdrone

Category:

Гарри Поттер и мировой терроризм?

.
Примерно 1/4 первой главы шестого ГП, начало книги. Интересно, что уже три известных мне человека прочитали текст Роулинг как сатиру на тему "Министерство Тайных Дел и Война с Террором" ;))))



Глава 1. Другой Министр (edited)
Время подходило к полуночи и премьер-министр, один в своем кабинете, читал длинный меморандум, смысл которого от него ускользал, не оставляя в голове ни малейшего следа. Он ждал звонка президента дальней страны и между мыслями о том, когда тот черт возьми изволит позвонить и попытками подавить неприятные воспоминания о как оказалось очень длинной, утомительной и трудной неделе, в его голове не оставалось места ни для чего иного. Чем больше он пытался сосредоточиться на печатном тексте покрывавшем страницу, тем яснее он мог представить торжествующее лицо одного из своих политических соперников. Именно сегодня тот появился в новостях не только чтобы перечислить все ужасные события, произошедшие на прошлой неделе (как будто о них надо было напоминать), но и для того, чтобы объяснить почему в каждом из них было виновато правительство.
У премьера застучало в висках при одной мысли об обвинениях, потому что они не были ни честными, ни заслуженными. Как могло его правительство предотвратить разрушение того моста? Оскорбительно даже предположить, что правительство не выделяло на мосты достаточно денег. Мосту не было еще и десяти лет, и лучшие специалисты терялись в догадках отчего он мог внезапно переломиться надвое, послав дюжину автомобилей на дно реки. И как можно было утверждать, что в двух ужасных убийствах, попавших во все газеты, виноват недостаток числа полицейских? Или что правительство могло как-то предвидеть внезапный ураган в Западном Графстве, который вызвал столько жертв и разрушений? И разве мог он отвечать за то, что один из младших министров, Герберт Чорли, выбрал именно эту неделю для такого странного поведения, что теперь ему придется проводить гораздо больше времени с женой и детьми?
"Мрачная атмосфера охватила страну," - закончил соперник, едва скрывая довольную ухмылку во все лицо.
И, к сожалению, это было полной правдой. Премьер чувствовал это сам; люди действительно казались более несчастными, чем обычно. Даже погода была ужасной, такие пронизывающие туманы в середине июля.. Все было не так, все это было не нормально...
Он обратился ко второй странице доклада, отметил, как много еще осталось, и, сдавшись перестал делать невыполнимую работу. Вытянув руки над головой и потянувшись, он обвел кабинет унылым взглядом. Комната была красива, с чудесным мраморным камином напротив удлиненных окон, сейчас плотно закрытых от промозглого не по сезону холода. Слегка вздрогнув, премьер-министр встал и подошел к окну, глядя на улицу через тонкую пелену тумана, прижавшегося к стеклу снаружи. Именно в тот момент, когда он стоял отвернувшись от комнаты, он услышал позади негромкое покашливание.
Он застыл, лицом к лицу с собственным испуганным отражением в темном стекле. Он узнал это покашливание. Он его уже слышал. Очень медленно он повернулся лицом к комнате.
"Да?" - произнес премьер, пытаясь звучать храбрее, чем он чувствовал на самом деле.
На один миг он позволил себе невозможную надежду, что ему никто не ответит. Однако, голос откликнулся без промедления, отчетливый, властный голос, который звучал так, словно зачитывал заранее подготовленное заявление. Он раздавался - как премьер-министр точно знал после первого же покашливания - от маленького человечка похожего на жабу, изображенного в длинном серебристом парике на маленькой грязной картине маслом висевшей в дальнем углу кабинета.
"Премьер-министру Магглов. Срочный запрос о встрече. Прошу ответить немедленно. Ваш Фадж"
Человечек на картине вопросительно посмотрел на премьер-министра.
"Ээ.." сказал премьер, "послушайте.. сейчас не очень хорошее время.. Видите ли, я ожидаю телефонного звонка.. от Президента Ре..."
"Это можно перепланировать," - немедленно заявил портрет. Премьера покинула всякая надежда.
"Но я надеялся иметь возможность поговорить..."
"Мы позаботимся чтобы Президент забыл о звонке. Он свяжется с вами завтра вечером," сказал человечек. "Прошу немедленно ответить господину Фаджу"
"Я.. ээ.. - хорошо," слабым голосом ответил премьер-минист. "Хорошо, я приму Фаджа".

Он поспешил к письменному столу, на ходу поправляя галстук. Едва он успел занять свое место, и придать лицу, как он надеялся, выражение расслабленной уверенности, из-под решетки в глубине каминного мрамора вырвалось ярко-зеленое пламя. Он наблюдал, стараясь не выдать удивления или озабоченности, как между языков пламени появился вращавшийся волчком грузный человек. Несколько секунд спустя человек выбрался на довольно ценный антикварный ковер перед камином, стряхивая пепел с рукавов длинного плаща-накидки в тонкую оксфордскую полоску. В руке он держал котелок ядовито-зеленого цвета.
"А, Премьер-министр!" поприветствовал Корнелиус Фадж, шагая вперед с вытянутой рукой "Рад с вами снова увидеться"
Честно говоря, премьер-министр не смог бы вернуть этот комплимент, а потому ничего не сказал в ответ. Он даже отдаленно не был рад видеть Фаджа, появления которого время от времени, довольно неприятные сами по себе, обычно еще значили, что премьер-министру придется выслушать очень плохие новости. Более того, Фадж в этот раз выглядел явно озабоченным. Он казалось осунулся, лысина увеличилась в размерах, больше седины было в остатках волос, а лицо имело вид скомканной бумажки. Премьер-министр видел такие лица у политиков, и это никогда не предвещало ничего хорошего.
"Чем могу вам быть полезен?" спросил он, пожимая руку Фаджа коротким движением и указывая на самые жесткие стулья перед своим столом.
"Не знаю даже с чего начать," пробормотал Фадж, подтягивая стул, садясь и кладя зеленый котелок на колени. "Какая неделя, какая неделя.."
"У вас тоже?" официально спросил премьер, надеясь тоном передать, что у него забот достаточно и он не нуждается вдобавок в чужих.
"Разумеется," сказал Фадж, устало потерев глаза и уныло посмотрев на премьер-министра. "Наша неделя была такой же как и ваша, премьер-министр. Мост в Брокдейле.. убийства Боунз и Вэнс.. не говоря о хаосе в Западном Графстве.."
"Вы - мм.. - ваша - я хотел сказать, некоторые ваши люди были - были вовлечены в эти.. эти события?"
Фадж направил на премьер-министра довольно строгий взгляд. "Разумеется. Вы, конечно, поняли в чем было дело?"
"Я.." неуверенно произнес премьер-министр
Именно подобное поведение заставляло его не любить посещения Фаджа так сильно. В конце концов, он был Премьер-Министром и никак не одобрял, когда его выставляли не выучившим урок школьником.
Но так было всегда, начиная с самой первой встречи с Фаджем в первый вечер его вступления в должность премьер-министра. Он помнил ее как будто она состоялась вчера и знал, что воспоминание будет преследовать его до самой смерти.
Тогда он стоял в этом самом кабинете наслаждаясь наконец-то триумфальной победой после стольких лет мечтаний и политических интриг, когда позади себя он услышал покашливание, совсем как сегодня, и обернулся, обнаружив, что с ним разговаривает маленький урод на портрете, оповещая его что Министр Магии прибудет с минуты на минуту с представлением.
Естественно, он решил, что длинная кампании и напряжение выборов свели его с ума. То, что портрет с ним заговорил, привело его в полный ужас, хотя этот ужас оказался несравним с ощущениями, которые он испытал, когда самозванный "волшебник" выпрыгнул из камина и стал трясти его руку. Он потерял голос и оставался нем в течение всех вежливых объяснений Фаджа, что ведьмы и колдуны по-прежнему секретно живут по всему миру, и уверений, что ему не придется о них беспокоиться, поскольку Министерство Магии взяло на себя ответственность за всю магическую общину и предотвращение утечек знаний об их существовании в не-магическую часть населения. Это, объяснял Фадж, трудная работа, которая охватывает все, начиная с правил по ответственному использованию метелок до контроля за популяцией драконов (премьер-министр хорошо запомнил, что в этом месте ему пришлось ухватиться за стол чтобы не упасть). Затем Фадж по отечески похлопал премьер-министра все еще остававшегося в состоянии онемения.
"Не надо волноваться," говорил Фадж, "все шансы за то, что вы никогда меня больше не увидите. Я потревожу вас только если случится что-нибудь по-настоящему серьезное в нашей епархии, что-нибудь, что может сказаться на Магглах - или лучше сказать, немагическом населении. Иначе - живи сам и давай жить другим. И, должен добавить, вы принимаете это намного лучше, чем ваш предшественник. Он пытался выбросить меня в окно. Думал, что я - розыгрыш подсроенный оппозицией".
Тут премьер-министр наконец обнаружил свой голос. "Вы..вы, значит - не розыгрыш?"
Это была его последняя, отчаянная попытка.
"Нет," мягко сказал Фадж. "Боюсь, что нет. Смотрите"
И он превратил чайную чашку премьера в хомяка.
"Но," едва слышно произнес премьер-министр наблюдая как его чашка грызет угол завтрашней речи, "но почему -- почему мне никто не сказал?"


[... продолжение следует? ;))) ...]
Subscribe

  • Первое впечатление

    Как правило первые и эмоциональные впечтления бывают неверны, но всё же... ... обращение к нации Путина сегодня, 21 апреля 2021, вызвало у меня…

  • Современнае Абразаванийе

    .. или что такое cancel culture В связи с нынешними событиями по отключениям президентов - и первой волной ukaze Байдена, а также недавними…

  • Короткое замечание о главном

    В ленте увидел ссылку на пост против вчерашних демонстраций детей. Автор выдаёт кучу вопросов, дескать, а понимаете ли вы, что вы это делаете во…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 7 comments