October 20th, 2004

they_fly

Говоря о военной пропаганде

Говоря о военной пропаганде чаще всего вспоминают примеры одного из ее жанров, "пропаганды ужасов". Практически каждый современный журналист - игрок в одной из политических команд, выпускающих ту или иную ложь, однако в объяснении событий столетней давности можно найти больше нейтральности и истины.

ПЕРВАЯ МИРОВАЯ
Английская "Файненшел Ньюз" в редакционной статье от 15 июля 1915 года: Кайзер лично приказал пытать трехлетних детей, указав виды рекомендованных пыток. Кайзер приказал немецким летчикам приложить особые усилия чтобы убить детей принца Альберта; немецким подлодкам платят двойные деньги за подрыв судов с женщинами и детьми. Collapse )


**********

К чему я вспоминаю всем известные старые факты? Ради терминологии, которая характерна для английских пропагандистов в спецакциях информационных войн.
На www.inosmi.ru появился отрывок из новой книги Сэра Макса Хейстингса "Армагедон - битва за Германию 1944-1945", напечетанный в Дейли Мейл (20 окт 2004). http://inosmi.ru/stories/02/07/18/3106/213942.html

Но не о немцах идет речь. Следите за руками: Collapse )

это не первый пример "истории" такого рода, можно вспомнить совсем недавнее "Падение Берлина" Бивора.

Рецепт спецоперации - если книги рассматривать как издания в первую очередь по ведомству военной пропаганды - по-видимому одинаков в обоих случаях:

[1]. Отрезаются все первые годы (иначе придется объяснять причины ненависти слишком подробно, а это исключено). Рассматривается конец 1944-1945, что совпадает с периодом "настоящей войны" как она видится англо-американцам после их десанта в Европу.
[2]. Автор принимает точку зрения НЕМЦЕВ в момент военных действий на их территории (это принципиальный момент в западных описаниях второй мировой, мимо которого часто проходят. С чьей бы точки зрения не описывались маневры в Северной Африке или действия во Франции, когда изложение касается самой Германии и наступления Русских, мы всегда в западной истории видим Трагедию глазами немца.)
[3]. пишется книга вторичной истории Т.е. историк может накопать новые документы или факты и, связав в повествование, предавать их огласке, настоящая история. С другой стороны, историк может прочитать уже опубликованное и писать текст не для сообщения нового, а для формирования заказанного отношения и интерпретации, вторичная фаза. При переходе к третьей фазе заболевания, сочинению ложных исторических событий, у больного характерно проваливается нос.

Для вторичной истории важны не факты - какая разница, падение ли Берлина, Кенигсбергская операция, Варшавское восстание или глобальный Армагедон. Важно, какими фразами они будут связаны, о ком на самом деле повествует пересказ и какие выводы застрянут в голове читателя беспристрастной и уважаемой исторической работы

что еще раз подтверждает очевидное: война уже идет (или, точнее, несмотря на слабоумные уверения политиков о дружбе с Западом, никогда не прекращалась). Она рассчитана на годы вперед, и в первой фазе, загодя, готовится образ будущего врага, с которым предстоят активные действия.
Если он, конечно, не отдаст все сам.